Электронный научный журнал
Современные проблемы науки и образования
ISSN 2070-7428
"Перечень" ВАК
ИФ РИНЦ = 0,737

КОНСТИТУЦИОНАЛЬНАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ФИЗИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ И ПОЛОВОГО ДИМОРФИЗМА ЮНОШЕЙ-ЕВРОПЕОИДОВ ЮГА СИБИРИ

Пуликов А.С. 1, 2 Кочан Н.С. 3 Сидоренко А.В. 1 Петров И.А. 1 Власова Е.Н. 1 Маркович Е.Б. 1
1 ФГБОУ ВО «ХГУ им. Н.Ф.Катанова» МО РФ
2 ФГБНУ «Федеральный исследовательский центр «КНЦ СО РАН» обособленное подразделение «Научно-исследовательский институт медицинских проблем Севера»
3 Лесосибирская межрайонная центральная городская больница МЗ РФ
Обследовано 289 юношей (17–21 лет) европеоидной национальности Юга Красноярского края и Хакасии комплексом антропо-гравиметрических методик. Юноши относятся в своем большинстве по конституции к астеническому и нормостеническому, а по половому диморфизму к мезоморфному и андроморфному типам телосложения. Длина тела юношей убывает, а масса тела, индексы массы и плотности тела, избыточная масса тела и ожирение, габаритные параметры нарастают от астеников к нормостеникам и пикникам, от гинекоморфов к андроморфам. Юноши европеоидной национальности Юга Сибири сложены более пропорционально и по половому диморфизму более зрелые, чем юноши центральной части Восточной и Западной Сибири, так как имели во всей кагорте гораздо меньше выраженных признаков противоположного пола и больше признаков нормостеничного телосложения.
Конституция
физическое развитие
половой диморфизм
юноши-европеоиды
юг сибири
1. Антропометрические показатели студентов юношеского возраста на начальном этапе обучения в ВУЗе / К.Т. Тимошенко [и др.] // Здоровье населения и среда обитания. – 2016. – № 6 (279). – С. 29-32.
2. Деревянных Е.В., Яскевич Р.А., Балашова Н.А. Антропометрические особенности и компонентный состав массы тела у мужчин медицинских работников с артериальной гипертонией/ Е.В. Деревянных, Р.А. Яскевич, Н.А. Балашова // Международный журнал прикладных и фундаментальных исследований. – 2016. – № 6-2. – С. 252-256.
3. Ильинич В.И. Физическая культура студента / В.И. Ильинич. – Москва: Гардарики, 2000. – 448 с.
4. Конституциональная характеристика физического развития и полового диморфизма юношей аборигенного населения Республики Хакасия / А.С. Пуликов, Н.С. Кочан, Е.Б. Маркович, И.А. Петров // Современные проблемы науки и образования. – 2016. –№ 6, электронный научный журнал. – URL: https://www.science-education.ru/ru/article/view?id=25980 (дата обращения:13.08.2017).
5. Москаленко О.Л. Влияние антропотехногенного загрязнения на психосоматическое состояние юношей / О.Л. Москаленко, А.С. Пуликов // Вестник Красноярского государственного аграрного университета. – 2014. – № 5. – С. 163-170.
6. Москаленко О.Л. Особенности адаптации организма юношей в условиях городского антропотехногенного загрязнения окружающей среды / О.Л. Москаленко, А.С. Пуликов // Фундаментальные исследования. – 2014. – № 10-4. – С. 705-709.
7. Никитюк Б.А. Новая техника соматотипирования / Б.А. Никитюк, А.И. Козлов // Вопросы спорт. и мед. антропологии: сб. науч. тр. – Москва, 1990. – Вып. 3. – С. 121-141.
8. Петров И.А. Адаптационные возможности организма подростков / И.А. Петров, Е.Б. Маркович // Актуальные вопросы охраны здоровья населения регионов Сибири: мат. 14-й Региональной научно-практич. конф. молодых ученых (9–10 июня). – Красноярск, 2016. – 88 с.
9. Петухов А.Б., Маев И.В., Дерябин В.Е. Антропометрия: современный статистический анализ и значимость для клиники внутренних болезней и диетологии/ А.Б. Петухов, И.В. Маев, В.Е. Дерябин // Вопросы питания. – 2012. – Т.81, № 3. – С.82-91.
10. Суханова И.В. Особенности физического развития юношей-призываников Магаданской области / И.В. Суханова, А.Л. Максимов, С.И. Вдовенко // Проблемы социальной гигиены, здравоохранения и истории медицины. – 2015. – Т.23, №. 4. – С.19-21.
11. Суханова, И.В. Показатели морфофункционального развития студентов СМУ в зависимости от типа телосложения / И.В. Суханова, А.Я. Соколов // Вестн. Северного международн. университета. – 2006. – Т.6, № 6. – С. 89-92.
12. Хрисанфова Е.И. Конституция и биохимическая индивидуальность человека / Е.И. Хрисанфова. – М.: МГУ, 1990. – 152 с.
13. Чаплыгина Е.В. Антропологическое направление научных исследований в трудах ростовских анатомов / Е.В. Чаплыгина, О.А. Каплунова, А.В. Маркевич // Журнал фундаментальной медицины и биологии. – 2015. – № 3. – С. 13-17.
14. Индекс массы тела и другие антропометрические показатели физического статуса с учетом возраста и индивидуально-типологических особенностей конституции женщин / Д.Б. Никитюк [и др.] // Вопросы питания. – 2015. – № 4. – С. 47-54.
15. Pulikov A.S. Мale hypogonadism and its interrelation to physical development of young males in centralsiberia / A.S. Pulikov, O.L. Moskalenko // In the World of Scientific Discoveries, Series B. – 2013. – Т. 1, № 1. – С. 128-142.

Физическое развитие очень тесно связано с общей и физической конституцией, с половым диморфизмом, двигательной активностью, здоровьем молодого поколения, экологической характеристикой региона, в котором проживают, адаптационными возможностями и имеет существенное значение для молодого и растущего организма в процессе формирования и полового созревания в пубертатном и постпубертатном периодах [1;7;8].

Представление о типе телосложения человека как относительном генетическом маркере, позволяющем судить о комфортном для данного человека уровне здоровья и физической нагрузки в производственной или спортивной деятельности, прогнозировать возможность физического развития и особенности протекания адаптивных и патологических процессов у конкретного пациента, достаточно прочно вошло в теоретические построения спортивных и медицинских антропологов [5; 14].

Продольные размеры тела и доминирующий тип обмена веществ относятся к главным признакам конституции и детерминируются наследственно, причем последний наследуется лишь в том случае, если в одной и той же местности жили постоянно 2–3 поколения людей. Выделяются в основном 3–4 основных конституциональных типа, комбинация признаков которых определяет степень сходства многих людей друг с другом [7].

В период интенсивного роста и развития молодого организма факторы внешней и внутренней среды (условия питания, заболевания, социальные и др.) могут оказывать большее влияние на рост, чем генетические или же другие биологические факторы [4;9].

Возраст, пол, конституция, наследственность, адаптационные качества, типологические характеристики, а также факторы образа жизни (биологические и психологические факторы) можно считать переменными компонентами, которые на фоне постоянных параметров будут обусловливать здоровье определенной группы населения в отдельно взятом регионе в определенный период времени [4]. К основным факторам физического, а при определенных условиях и психического здоровья человека, относятся уровни физического развития, физической и функциональной подготовленности организма к выполнению физических нагрузок, способности к мобилизации адаптационных резервов организма, состояния сердечно-сосудистой и дыхательной систем, обеспечивающих его приспособление к воздействию различных факторов среды обитания [2;8].

Ухудшающиеся показатели здоровья, снижение функциональных резервов и физического развития современных юношей являются одной из проблем, с которой сталкиваются медицинские комиссии военкоматов [10]. По данным различных специалистов до 80 % призывников по медицинским критериям не готовы к службе в Вооруженных Силах РФ [3; 9;11].

Во многих случаях диагностировать заболевания и следить за физическим развитием отдельных групп населения позволяют антропологические данные. У современных юношей при определении степени соматической половой дифференциации с помощью индекса Д. Таннера (1968) выявлено, что в развитии наблюдается повышенная гинекоморфность [5], довольно тесно связанная с гиподинамией [7;8;15], а уровень двигательной активности и уровень индекса Таннера зависят друг от друга в равной мере [6]. Также уровень андрогенов плазмы крови положительно коррелирует с шириной плеч относительно ширины таза [12].

У юношей гинекоморфного и мезоморфного типов по антропометрическим гендерным признакам отмечается снижение ширины плеч, уплощение грудной клетки и возрастание ширины таза, что подтверждается параметрами, характеризующими рост тела в ширину (ИШП, ИС, ТПУ) [8; 15].

В 21 веке возросло количество юношей с признаками астенизации и особенно  гинекоморфии в высоко урбанизированных регионах, по сравнению с подобными исследованиями прошлого столетия [13;14;15].

Цель работы – определить конституциональный тип телосложения и особенности полового диморфизма юношей европеоидного населения Юга Сибири.

Материалы и методы исследования: проведено обследование, согласно схеме возрастной периодизации онтогенеза человека, 289 лиц юношеского возраста (от 17 до 21 года) европеоидной национальности. Все юноши проживали в Республике Хакасия, а также прилежащих к Югу Хакасии городах, селах, поселках и деревнях Минусинской котловины.

Антропометрические измерения проводились стандартным набором антропометрических инструментов и приборов, прошедшим метрическую поверку, по общеизвестным и принятым методикам [7;9], на добровольной основе, в первой половине дня, в светлом помещении.

Далее рассчитывались коэффициенты и индексы: индекс полового диморфизма (ИПД) по J. Tanner, индекс массы тела (ИМТ- Кетле2), индекс пропорциональности телосложения (тип физической конституции) по L. Rees – H.J. Eisenk, индекс плотности тела (Рорера), тазо-плечевой указатель (ТПУ), индексы пропорциональности грудной клетки (Эрисмана), грудной клетки (ИГК) и ширины грудной клетки (ИШГК), «стении», ширины плеч (ИШП) и другие, помимо абсолютных и относительных показателей.

По результатам исследований создавалась электронная база данных на основании индивидуальных и общих протоколов. Статистическую обработку результатов проводили с помощью пакета прикладных программ Statistika 6.0. Подтверждена проверка на нормальность распределения измеренных переменных, осуществлявшаяся на основе теста Колмогорова – Смирнова. Данные представлены в виде среднего значения (М) и ошибки средней арифметической (m), медианы (Me), максимальных и минимальных значений (max-min), 50 % межквартильного диапазона (25–75 %). Критический уровень значимости (p) в работе принимали равным или меньше 0,05. При статистической обработке материала использовали t-критерий Стьюдента для независимых выборок.

Результаты и обсуждение. Среднее значение массы тела у юношей-европеоидов 72,3±1,18 кг (Ме-69,3 кг), максимальное значение массы тела – 119,0 кг, минимальное – 48,6 кг, межквартильный диапазон – 63,0–77,45 кг.

 Длина тела в рассматриваемой группе юношей варьирует от 152,0 см до 197,0 см, при средней длине тела 178,4±0,58см (Me-179,0 см) и 50 % межквартильном диапазоне (25–75 %) от 174,0 до 183,0 см.

Ширина плеч у разных индивидуумов находится в довольно широких пределах (min-mах – 29,0–49,0 см) при средних показателях 40,03±0,26 см, Ме-40,0 см, межквартильный диапазон (25–75 %) – 38,5–41,85 см.

Вариабельность ширины грудной клетки (поперечного диаметра) также довольно значительная (min-mах – 24,0–35,0 см), межквартильный размах (25–75 %) – 26,3–29,5 см, Ме-28,0 см, Среднее значение – 28,1±0,21 см.

Передне-задний размер (сагиттальный диаметр) грудной клетки имеет следующие показатели: Мср.-19,55±0,23 см, Ме-19,0 см, межквартильный диапазон – 17,0–21,0 см, min-mах – 14,0–29,0 см. Показатели переднее-заднего и поперечного диаметров грудной клетки свидетельствуют  об уплощении грудной клетки у некоторой части исследуемой кагорты юношей.

Окружность грудной клетки в покое, а также на вдохе и выдохе, зависит от габаритов и конституции исследуемых, имеет в покое межквартильный диапазон от 84,0 см до 94,5 см, min-mах – 64,0–124,0 см, Ме-89,0 см при Мср-90,0±0,74 см. На выдохе параметры окружности грудной клетки соответственно ниже: 83,0–93,0 см, min-mах – 61,0–121,0 см, Ме-88,0 см, Мср-87,9±1,0 см. Окружность грудной клетки на вдохе по выше приведенным измерениям соответственно: Q25-75-88,0–98,0 см, min-mах –71,0–126,0 см, Ме-92,0 см, Мср-92,4±1,02 см. Достоверная значимость между показателями окружности грудной клетки на вдохе, выдохе и в покое соответствует P<0,05.

При определении полового диморфизма большое значение имеют показатели ширины таза, индексы между шириной плеч и шириной таза,  распределение  по телу отложений жировых масс. Межгребневый диаметр таза (ширина таза) у юношей составляет 28,26±0,27 см при Ме-28,0 см и межквартильном диапазоне 27,0–29,0 см. Однако крайние варианты межгребневого диаметра различаются более, чем в 2 раза: min-mах – 22,0–47,0 см.

Индексы массы тела (ИМТ) и его плотности (индекс Рорера) свидетельствуют об энергетической стабильности (22,7±0,33 кг/м², Ме-21,99 кг/м²) и достаточной плотности тела (12,76±0,18 кг/м³, Ме-12,4 кг/м³). Однако между разными индивидуумами ИМТ имеет очень широкий диапазон – от 16 кг/м² до 36,8 кг/м² при 50 % квартильных величинах в пределах нормы (20,17–24,36кг/м²). Индексы Рорера имеют сходную направленность с ИМТ, находясь в пределах  величин диапазона (min-max) от 8,6до 20,5 кг/м³ и 50 % квартильной величины от 11,17 до 13,8 кг/м³.

По пропорциональности и конституции телосложения (индекс Рис – Айзенка) юноши относятся к астеническому типу (106,31±0,71; Ме-107,2 при 25–75 % межквартильном диапазоне – 100,76–112,58), что подтверждается индексом грудной клетки (47,86±1,02; Ме-49,44), индексом «стении» (0,8±0,01: Ме-0,79) и характеризует юношей превалированием роста в длину или как долихоморфный тип. Однако отдельные показатели: индекс Эрисмана (-3,84 ± 1,82; Ме- -1,0), индекс ширины плеч (22,42±0,13; Ме-22,47), индексы ширины грудной клетки (ИШГК) и индекс Рис – Айзенка свидетельствуют о наличии у юношей грудной клетки, соответствующей мезоморфному типу и, что юноши находятся по телосложению ближе к границе между астеническим и нормостеническим, долихоморфным и мезоморфным типами.

По индексу полового диморфизма (ИПД), характеризующему принадлежность к одному из полов и степень её выраженности, все юноши относятся к мезоморфному типу телосложения (87,84±1.38; Ме- 92,0), а показатель свидетельствует о легкой дисплазии пола и имеет значительную межквартильную вариабельность (85,5-96,0). Мезоморфный и астенический типы телосложения подтверждаются конституциональными показателями.

Индивидуальное соматотипирование юношей, а также характеристика их по ИПД, габаритным параметрам, индексам массы тела и Рорера позволила установить преобладание астенического соматотипа (112,62±0,4)у 54,3 % юношей над нормостеническим (101,64±0,24) – 35,7 % и пикническим (90,3±0,3) – 10,0 % соматотипами из общей кагорты юношей. Юноши группы астеников выше (179,59±0,53 см; min-max 164–195 см) нормостеников (176,7±0,67см; min- max 152–197см) (Р<0,05) и пикников (178,72±0,51см; min- max167,5–191см) (Р=0,07). Масса тела (МТ) астеников 67,17±0,76кг, Ме-66,5 кг, min- max 48,6–90,0 кг, межквартильный диапазон – 60,87–73,8 кг; нормостеников 73,55±1,78 кг, Ме-70,75 кг, min-max 52,53-117 кг, межквартильный диапазон – 66,6-78,8 кг) (Р<0,05); пикников 95,98±4,38 кг, Ме-100,05 кг, min-max 62,0–119,0 кг, межквартильный диапазон – 92,82–103,65 кг (Р<0,05). Данные габаритные и весовые показатели и их размах в группах юношей тесно увязываются с индексами массы (ИМТ) и плотности тела (ИР). У астеников ИМТ находится в пределах нормальных значений (20,88±0,17 кг/м2), но вариабельность между индивидуумами (16,01–26,1 кг/м2) свидетельствует о наличии у некоторого количества юношей (11,84 %) хронической энергетической недостаточности (ХЭН<18,5 кг/м2). Среди нормостеников ИМТ находится в пределах 23,45±0,24кг/м2, что по классификации ВОЗ соответствует норме (18,5–24,9кг/м2), однако у 22,0 % юношей выявлена избыточная масса тела (ИзМТ). В группе юношей пикнической конституции ИМТ значительно завышен (29,93±0,36 кг/м2) за счет ИзМТ у 28,5 % и ожирения у 50,0 % (> 30кг/м2 ).

Интегральный признак содержания тканей в организме – индекс плотности тела (индекс Рорера) – свидетельствует о наличии в организме юношей всех соматотипов нормального содержания мышечной, костной и жировой массы (12,71±0,18кг/м3 ; Ме-12,32 кг/м3,min- max 8,59–20,5 кг/м3 , при норме 11,6–13,0кг/м3) с их возрастанием от астенического типа (11,66±0,1кг/м3, Ме-12,32 кг/м3,  min-max 10,0–14,39 кг/м3) к нормостеническому (13,28± 0,14 кг/м3, Ме-12,98 кг/м3) и пикническому (16,74±0,2 кг/м3,Ме- 16,94кг/м3) типам (P<0,05).

Ширина плеч у юношей также возрастает от астенического к нормостеническому и пикническому типам (39,07±0,32 см, 40,38±0,36 см, 43,18±0,81 см (P<0,05) телосложения, но особенно велика разница с пикническим типом.

Отношение окружности грудной клетки к длине тела (ИГК), ширины грудной клетки к её передне-заднему диаметру (ИШГК), индексы ширины плеч (ИШП), «стении» и Эрисмана свидетельствуют о преобладающем росте юношей нормостеников и пикников в ширину.

В то же время четко выявляется неравномерное распределение соматотипов по половому диморфизму. Среди астеников 22,36 % юношей (межгребневый диаметр таза- 27,72±0,36 см) имели умеренную степень выраженности признаков дисплазии пола (гинекоморфизм), у 42,1 % от общего числа обследованных астеников наблюдали легкую степень дисплазии пола (мезоморфизм) и отсутствие признаков дисплазии пола (андроморфизм) у 35,52 % юношей.

Среди всех юношей нормостенического соматотипа (межгребневый диаметр таза- 28,36±047 см) только 10,0 % имели признаки гинекоморфизма, 42,0 % юношей имели признаки мезоморфизма и у 48,0 % отмечался уже андроморфизм. Среди юношей – пикников (межгребневый диаметр таза – 31,04±0,9 см) 7,14 % имели  признаки противоположного пола умеренной степени, признаки мезоморфизма выявлены у 14,28 % и больше всех было юношей андроморфов (78,57 %). В целом количество юношей с признаками полового диморфизма и их выраженностью снижается от астеников к нормостеникам и пикникам, а между признаками распределяется следующим образом: признаки гинекоморфизма, мезоморфизма и андроморфизма наблюдались соответственно у 16,42 %, 44,28 %  и 39,28 % всех обследованных юношей.

Определение степени соматической половой дифференцировки с помощью индекса Д. Таннера в нашем исследовании у юношей г. Красноярска и прилежащих городов и поселков показало, что в юношеском периоде к гинекоморфному соматотипу относятся 65,6 % испытуемых, мезоморфному – 29,5 %, андроморфному – 5,08 % от общего числа испытуемых [13;14]. В исследованиях юношей г. Барнаула характер распределения признаков полового диморфизма сохранился таким же, но преобладание гинекоморфного соматотипа выше на 11 % (76,7 %), мезоморфного ниже в 2 с лишним раза (13,1 %), а андроморфного выше в 2 раза (10,2 %) от общего числа обследованных [2].

Заключение. Учитывая нормативы пропорциональности телосложения и что уровень андрогенов плазмы крови положительно коррелирует с шириной плеч относительно ширины таза, что показатели физического развития тесно коррелируют с показателями полового диморфизма, а последнего с двигательной активностью, юноши европеоидной национальности Юга Сибири сложены более пропорционально и по половому диморфизму более зрелые, чем юноши центральной части Восточной и Западной Сибири, так как имели во всей кагорте гораздо меньше выраженных признаков противоположного пола и больше признаков нормостеничного телосложения, что может быть связано при сопоставлении  с разной экологической обстановкой, разным возрастным цензом, разной степенью двигательной активности и, возможно, с разным количеством юношей и социальной принадлежностью.


Библиографическая ссылка

Пуликов А.С., Кочан Н.С., Сидоренко А.В., Петров И.А., Власова Е.Н., Маркович Е.Б. КОНСТИТУЦИОНАЛЬНАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ФИЗИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ И ПОЛОВОГО ДИМОРФИЗМА ЮНОШЕЙ-ЕВРОПЕОИДОВ ЮГА СИБИРИ // Современные проблемы науки и образования. – 2017. – № 5.;
URL: http://www.science-education.ru/ru/article/view?id=27011 (дата обращения: 18.07.2019).


Предлагаем вашему вниманию журналы, издающиеся в издательстве «Академия Естествознания»
(Высокий импакт-фактор РИНЦ, тематика журналов охватывает все научные направления)

«Фундаментальные исследования» список ВАК ИФ РИНЦ = 1.252