Электронный научный журнал
Современные проблемы науки и образования
ISSN 2070-7428
"Перечень" ВАК
ИФ РИНЦ = 0,791

ОСМЫСЛЕНИЕ ФЕНОМЕНА ГЕНИАЛЬНОСТИ КАК ИНВАРИАНТА СВЕРХЧЕЛОВЕЧЕСКОГО СОЗНАНИЯ

Беляев Д.А. 1
1 ФГБОУ ВПО Липецкий государственный педагогический университет
Данная статья продолжает серию научно-исследовательских работ, посвященных актуальной тематике – изучению различных вариантов существования феномена сверхчеловека в континууме европейской культуры. Так в настоящей работе, с помощью методов компаративного культурфилософского и антропологического анализа, рассматривается инвариативная модель сверхчеловеческого сознания, социокультурно концептуализированная в феномене гениальности. Выявляются причины сложности артикуляции сверхчеловеческого сознания и генезис философского понимания гениальности в истории культуры. Особое внимание акцентируется на характеристике индивидуальной и культурной экспликации гениальности, а также ее соотнесении с концептом сверхчеловеческого сознания. Сравнительный анализ феномена гениальности доказывает принципиальную близость гения и сверхчеловека на уровне их ментальной репрезентации. В частности, приводится группа индивидуальных и социокультурных свойств гения, которые имеют прямые коннотации с сущностными характеристиками сверхчеловека.
гений
гениальность
сверхчеловеческое сознание
сверхчеловек
философия гениальности
сверхчеловечность и гениальность
1. Беляев Д.А. Древнегреческий герой как инвариант сверхчеловека в контексте генезиса античной культуры // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. - Тамбов : Грамота, 2011. - № 8. - Ч. 3. - С. 29-31.
2. Бердяев Н.А. Смысл творчества: опыт оправдания человека. - М. : АСТ ; Харьков : Фолио, 2004. - 678 с.
3. Гегель Г.В.Ф. Эстетика : в 4 т. - М. : Искусство, 1968. - Т. 1. - 312 с.
4. Гончаренко Н.В. Гений в искусстве и науке. - М. : Искусство, 1991. - 432 с.
5. Давыдова Г.Е. Философско-антропологические основания европейского фашизма (классическая и современная формы) : дис. ... канд. филос. наук. - Ростов н/Д, 2005. - 172 с.
6. Камю А. Бунтующий человек. - М. : ТЕРРА-Книжный клуб ; Республика, 1999. - 416 с.
7. Кант И. Критика способности суждения. - М. : Искусство, 1994. - 367 с.
8. Лем С. Фантастика и футурология : в 2 кн. - М. : АСТ:ХРАНИТЕЛЬ, 2008. - Кн. 2. - 667 с.
9. Ницше Ф. Сочинения : в 2 т. - М. : Мысль, 1990. - Т. 1. - 829 с.
10. Хомченкова Е.А. Феноменология гениальности: от антропной к социокультурной детерминации : дисс. ... канд. филос. наук. - Омск, 2007. - 158 с.
Идея сверхчеловека является неотъемлемой частью культуры и общественного сознания, отражая принципиальную незавершенность человека и его перманентную устремленность на преодоление своей посюсторонней данности. Современный исследователь Г.Е. Давыдова справедливо отметила, что идея сверхчеловека «представляется мерцающей мечтой, которая живет в каждом из людей» [5, с. 69]. Здесь необходимо сделать одно уточнение. Само понятие «сверхчеловек», первично связываемое с философией Ф. Ницше, входит в общекультурный дискурс лишь с конца XIX века. Однако идея сверхчеловеческого, на что указывают В.С. Соловьев, Б. Шоу, П.Д. Успенский, Ж. Делез и многие другие мыслители, имеет гораздо более глубокую историю. Соответственно, в культурном континууме возникает множество вариантов концепта «сверхчеловек», в каждом из которых отражаются хронотопно бытующие предельные идеалы человека.

Конструирование и описание модели сверхчеловека основывается на радикальной «позитивной» трансформации ряда значимых характеристик человека. Концептуально можно выделить две самые распространенные типологические разновидности бытующих в культурно-историческом пространстве инвариантов сверхчеловека, которые условно могут быть названы «антропологический сверхчеловек» и «аксиологический сверхчеловек». В первом случае сверхчеловечность выражается через наличие внешних физиологических атрибутов, принципиально выходящих за рамки «человеческой нормальности». В свою очередь, аксиологическая сверхчеловечность основывается на принятии и продуцировании субъектом новой ценностной матрицы, меняющей традиционные поведенческие и мировоззренческие стратегии.

Указанные сверхчеловеческие типы сравнительно хорошо артикулированы в тексте культуры, что позволяет им являться объектами философских рефлексий. Однако зачастую акцент делается на рассмотрение внешне репрезентируемых атрибутов сверхчеловеческих состояний, в то время как, например, модели сверхчеловеческого сознания практически не рассматриваются. Поэтому именно сверхчеловеческое сознание является основным объектом анализа в настоящем исследовании.

Наша работа основана на методе компаративного культурфилософского и антропологического анализа, а также герменевтической реконструкции. Ее целью является, во-первых, выявление значения сверхчеловеческого сознания в конструировании целостного образа сверхчеловека; во-вторых, осмысление феномена гениальности и выделение его сущностных культурфилософских, аксиологических и антропофилософских характеристик; в-третьих, соотнесение атрибутивных характеристик сверхчеловека и гения, как субъектов социокультурного дискурса.

Сразу следует отметить, что атрибутивная артикуляция феномена сверхчеловека через сверхчеловеческое сознание и психику сравнительно редка. Отчасти это связано с тем, что описание модели сверхчеловеческого сознания имеет объективные сложности. В данном случае самым простым, в смысле адекватности выражения, является дискурс говорения о сверхчеловеке с физически-антропологических позиций. Здесь человек, не обладая набором сверхчеловеческих качеств, легко может смоделировать сверхчеловеческие способности сугубо калькулятивным способом, т.е. математически преумножая исходные физические возможности человека. Уже в случае описания «аксиологического сверхчеловека» становится несколько сложнее адекватно артикулировать сверхчеловеческие качества. Яркий пример тому - образ сверхчеловека у Ницше, который чаще всего рисуется нигилистом, отрицающим все ценности. А позитивный образ сверхчеловека в ряде случаев рационально, непротиворечиво и последовательно выразить весьма проблематично. Однако, в конечном счете, это выражение все же возможно, хотя зачастую и оставляет ряд «метафизических лакун» и «затемненностей».

Характеристика сверхчеловеческого сознания неизбежно включает в себя описание вышедшего на новый уровень отражения объективной реальности, а также принципиально новых форм ее осмысления, которые генерируются сверхсознанием. И здесь человек, непосредственно не вовлеченный в этот психосверхчеловеческий дискурс, априори не имеет полных данных для его моделирования. С. Лем, рассуждая о создании художественно-литературного образа сознания сверхчеловека, справедливо отметил, что сравнительно легко описать сверхчеловеческие психовозможности ребенка, т.к. в данном случае на ребенка просто переносятся модели понимания и мышления взрослого, и они, применительно к ребенку, идентифицируются как сверхвозможности [8, с. 298]. Например, ребенок доказавший «теорему Пифагора» в три года может считаться обладающим сверхинтеллектом. Однако для взрослого это не является уже показателем каких-то интеллектуальных сверхвозможностей. Поэтому зачастую встречаются или предельно общие модели описания сверхчеловеческого сознания, в ряде случаев носящих апофатический характер, или они несут калькулятивно-математическую направленность, когда ментального сверхчеловека наделяют способностями быстро считать, быстро усваивать большие информационные массивы, все помнить и т.п.

Одновременно в дискурсивном пространстве современной культуры можно легко обнаружить реальное бытование феномена сверхчеловеческого сознания, если мы понимаем под последним наличие выходящих за рамки человеческой «нормальности»/«обычности» творческих способностей индивида. Так людей, чьи психические способности, под которыми мы понимаем широкий круг способностей человека, непосредственно возникающих благодаря его сознанию, подсознанию, интеллекту и прочей деятельности психики человека, качественно превосходят способности «обычных» людей, называют гениями. Характеристики образов гения и сверхчеловека по целому ряду ключевых показателей предельно близки. Не случайно Ф. Ницше считает «совершенных свободных умов», т.е. предшественников/предтеч сверхчеловека, «специальным случаем» гениев [9, с. 231].

Стихийная рефлексия относительно феномена гениальности берет свои истоки еще в период античности. На наш взгляд, совершенно определенно можно утверждать, что гений является инвариантом ментального сверхчеловека. Гений - это человек, принципиально превзошедший на уровне психических способностей существующие нормы, соответственно, обладающий сверхчеловеческим сознанием.

Генеалогия идентификации феномена гениальности также сближает его с феноменом сверхчеловеческого. Изначально в Древней Греции и Риме гениев причисляли к духам или младшим божествам, которым поклонялись и приносили дары. При этом считалось, что гении-духи периодически вселялись в некоторых людей, тем самым наделяя их некоторыми сверхчеловеческими способностями, как правило, творческого характера.

Гении-духи являлись своеобразными божественными сопроводителями человека, имевшими возможность вмешиваться в его жизнь [10, с. 15]. В этой связи можно вспомнить «даймона» Сократа, с деятельностью которого сам древнегреческий философ связывал свои интеллектуальные прозрения. Гений-дух непосредственно связывается со сферой божественного и, вселяясь в человека, он привносит это божественное начало в человека, тем самым выводя его на сверхчеловеческий уровень. Соответственно, как изначально античный герой-сверхчеловек выводится из симбиоза божественного и человеческого начал [1], так и гений рождается из привнесения божественной силы в душу человека. С той лишь разницей, что у героев причастность к божественному проявлялась через их физические сверхчеловеческие способности, а у гениев сверхчеловечность выражается в «высшей» работе их сознания.

Далее, сначала имплицитное понимание гениальности в Средневековье и эпоху Возрождения, и позднее эксплицитное философско-эстетическое его осмысление в Новое время в целом продолжили античную линию. Гениальность трактовалась иррационально и связывалась с привнесением в душу (сознание) человека неких божественных (идеальных) интенций, которые провоцировали в нем возбуждение творческой энергетики. Ее результирующее действие привело к созиданию принципиально новых культурных феноменов.

С XVIII в. феномен гениальности становится объектом философского исследования. Начиная с этого времени, многие мыслители пытались дать определение понятию «гений». Так, например, И. Кант считал, что «гений - это талант (дар природы), который дает искусству правила» [7, с. 180], а Г.В.Ф. Гегель полагал, что «гений есть всеобщая способность к созданию подлинных художественных произведений, равно как и энергия, благодаря которой он развивает и упражняет эту способность» [3, с. 294]. По Ф. Ницше гений - это человек, оказавшийся в пространстве свободы и имеющий в себе внутренние силы творческой энергетикой созидать новые культурные формы. Н.А. Бердяев развивает религиозно-персоналистскую трактовку гениальности, понимая последнюю как «святость дерзновения», через которую гений творчески совершает универсальный прорыв к «миру иному» [2, с. 154-155].

Заметно, что первично философы рассматривали бытование феномена гениальности исключительно в пространстве искусства. Однако с конца XIX в., во-первых, появляется более универсальное понимание гения, которое включает в себя также реализацию человека в иных культурных сферах; во-вторых, анализ феномена гениальности стремительно рационализируется, становясь предметом рассмотрения психологии и педагогики.

Обобщая все многообразие определений понятия «гений», мы считаем, что можно его дефинировать следующим образом. Гений - это человек, обладающий исключительной и оригинальной творческой способностью, признаваемой значимым общественно-субъектным большинством, которая реализуется в рамках социокультурного дискурса, а также влияет на культуру непосредственно или в обозримой исторической перспективе.

Можно выделить целый ряд качественных свойств гения, которые роднят его со сформировавшимся в культуре традиционным образом сверхчеловека.

Во-первых, гения, как и сверхчеловека, отличает индивидуальная исключительность [10, с. 50]. Гений всегда есть нечто уникальное, он не может быть частью массы, напротив, чаще всего он противопоставлен ей.

Во-вторых, деятельность гения непременно направлена на созидание и установление принципиально новых законов, канонов, правил. К. Симонтон справедливо отмечает, что неповторимость, результирующая уникальность «продукта» гениальной деятельности является одним из важнейших показателей, идентифицирующих ее субъекта как гения. В этом смысле гений тождественен, например, ницшеанскому или христианскому сверхчеловеку, являющемуся творцом новых ценностных матриц.

В-третьих, гений, творя новое, всегда совершает бунт против традиции, выступая в роли нигилиста по отношению к ней. Только через преодоление традиции, нормативности совершается гениальный творческий прорыв в пространство нового. Эта особенность гения особенно подчеркивается А. Камю [6]. Здесь гений, подобно сверхчеловеку, производит радикальную переоценку ценностей. Изначально гений - это, прежде всего, творческий бунтарь, он, подобно ницшеанскому «льву», своей индивидуальной субъектной деятельностью радикально пересматривает пространство общепринятого, приемлемого.

В-четвертых, гений, как правило, изначально находится в пространстве социокультурного непонимания и неприятия, что обусловлено принципиальной новизной его результирующей деятельности. Это приводит к тому, что гений, даже будучи признанным, перманентно одинок. Е.А. Хомченкова права, когда говорит, что после бунта гений «погружается в одиночество» [10, с. 115]. Как и сверхчеловек, живущий в пространстве «человеческого», гений может быть почитаем, но никогда не будет полностью принят. Он всегда останется пусть и желанным, но все же изгоем.

В-пятых, результат творческой деятельности гения всегда носит культуросозидательный характер. Гениальные открытия принципиально меняют те сферы культуры, в которых они были совершены. Гениальность чаще всего связывают с пространствами искусства и науки. Искусство формирует важную часть духовной сферы культуры, а наука оказывает непосредственное влияние на материальную культуру [4, с. 362-369]. Соответственно результирующая деятельность как гения, так и сверхчеловека оказывает существенное влияние на культуру.

В-шестых, деятельность гения всегда сопряжена с необходимостью достижения общественного признания, даже если он прямо и не артикулирует эту потребность. Поэтому через признание гений приобретает символическое бессмертие. А именно бессмертие часто является важным атрибутом антропологического измерения сверхчеловека. И пусть бессмертие гения является лишь социокультурно опосредованной формой бессмертия, однако и это является еще одной характеристикой, роднящей сверхчеловека и гения.

Обобщая все выше сказанное можно сделать вывод, что гений является инвариантом психоментального сверхчеловека, который реализует свои сверхчеловеческие творческие способности в рамках социокультурного дискурса. Здесь важно обратить внимание на то, что тип гения-сверхчеловека, в отличие от прочих инвариантов сверхчеловека, не является футуристическим образованием, а признается существующим реально на всех этапах историко-культурного развития человечества. То есть наличие гениев в реальном социокультурном пространстве, помимо прочего, непосредственно указывает массам людей на практическую возможность выхода на сверхчеловеческий уровень созидательной активности сознания.

Рецензенты

  • Ромах О.В., д.филос.н., профессор кафедры философии Тамбовского государственного университета им. Г.Р. Державина, г. Тамбов.
  • Попков В.А., д.филос.н., профессор кафедры философии и социально-политических теорий Липецкого государственного педагогического университета, г. Липецк.

Библиографическая ссылка

Беляев Д.А. ОСМЫСЛЕНИЕ ФЕНОМЕНА ГЕНИАЛЬНОСТИ КАК ИНВАРИАНТА СВЕРХЧЕЛОВЕЧЕСКОГО СОЗНАНИЯ // Современные проблемы науки и образования. – 2012. – № 3.;
URL: http://www.science-education.ru/ru/article/view?id=6323 (дата обращения: 24.09.2019).

Предлагаем вашему вниманию журналы, издающиеся в издательстве «Академия Естествознания»
(Высокий импакт-фактор РИНЦ, тематика журналов охватывает все научные направления)

«Фундаментальные исследования» список ВАК ИФ РИНЦ = 1.074