Электронный научный журнал
Современные проблемы науки и образования
ISSN 2070-7428
"Перечень" ВАК
ИФ РИНЦ = 0,737

ЛИЧНОСТЬ И КРИЗИС КУЛЬТУРЫ В СОЦИАЛЬНОЙ ФИЛОСОФИИ П. СОРОКИНА

Поломошнов П.А. 1
1 ФБГОУ ВПО «Донской государственный аграрный университет Министерства сельского хозяйства России»
В статье анализируется концепция социокультурного кризиса современной западной цивилизации П. Сорокина как распада чувственной социокультурной суперсистемы современного западного общества, дезинтеграции чувственной культуры и социальной системы, основанной на чувственной культуре. Авторы критически рассматривают сорокинский диагноз кризиса западной социокультурной системы в целом и в ее основных формах и институтах, начиная от форм социальных отношений и управленческой подсистемы и заканчивая основными формами духовной культуры общества. Особенное внимание уделяется характеристике предлагаемых П. Сорокиным путей и предпосылок преодоления кризиса западной чувственной культуры. Авторы, отмечая многие принципиально точные и подтвержденные современной историей положения диагноза кризиса западной культуры П. Сорокина, выдвигают ряд слабых мест сорокинской концепции, особенно в части, связанной с путями выхода западной культуры из общего социокультурного кризиса. Концепция альтруистического преображения личности, предлагаемая П. Сорокиным, оценивается как утопический проект, не адекватный глубине и сущности кризиса западной социокультурной суперсистемы.
идеациональная культура
чувственная культура
альтруистическая трансформация личности
личность
социокультурный кризис
социокультурная суперсистема
1. Анисимова О.С., Николаева Л.С. Ценностные ориентации студенческой молодежи в контексте кризиса социализационной системы трансформирующегося российского общества // Современные проблемы науки и образования. – 2013. - № 5. – С. 659. - URL: http://www.science-education.ru/111-10072 (дата обращения: 22 июня 2013).
2. Лаврухина И.М. Философско-культурологическая значимость идеи трансцендентного // Гуманитарные и социально-экономические науки. – 2008. - № 5. – С. 57-60.
3. Поломошнов А.Ф. Россия в культурно-историческом пространстве (Н. Данилевский и В. Соловьев). – Ростов н/Д : Изд-во ЮФУ, 2007. – 288 с.
4. Поломошнов П.А. Интегральная парадигма социальной философии П. Сорокина. – Персиановский : Изд-во ДонГАУ, 2009. – 227 с.
5. Сорокин П.А. Человек. Цивилизация. Общество. – М. : Политиздат, 1992. – 543 с.
6. Сорокин П.А. Социальная и культурная динамика. – М. : Астрель, 2006. – 1176 с.
7. Sorokin P.A. The Reconstruction of Humanity. – Boston, 1948.
Прогресс науки и техники в XX и начале XXI века необычайно увеличил  способности  и возможности человечества в преобразовании природы, общества и самого человека. Однако этот прогресс оказался противоречивым и наряду с позитивными достижениями породил многочисленные дегуманистические явления и тенденции в развитии личности, общества и культуры. «Если задуматься, на что тратят современные люди массу усилий и средств, как нерационально человечество использует данные ему современной наукой и  техникой возможности, можно прийти в отчаяние от общей иррациональности современной цивилизации. Ярчайшее проявление этой иррациональности - девальвация и деградация личности, оказывающаяся, как это ни странно, необходимым следствием гигантского научно-технического прогресса» [3, с. 260].

Целью данной статьи является реконструкция концепции личности в условиях кризиса западной культуры одного из крупнейших мыслителей XX века - П. Сорокина и актуализация конструктивного потенциала этой концепции.

Судьба личности и кризис западной культуры всегда являлись для П. Сорокина одним их приоритетных направлений исследований. Основу концепции личности в условиях кризиса культуры составляет его теория социокультурной динамики. На основе этой общей теоретической системы П. Сорокин ставит своеобразный диагноз кризиса современной западной культуры с позиций абстрактного гуманизма или, выражаясь языком Сорокина, с позиций сторонника идеациональной интеграции культуры. Фактически весь «научный анализ»  Сорокиным кризиса западной культуры сводится к оценке западной чувственной культуры в стадии дезинтеграции с позиции идеациональной интеграции культуры. Рассмотрим подробно диагноз, поставленный Сорокиным современной западной цивилизации.

Общая суть этого диагноза - распад чувственной социокультурной суперсистемы современного западного общества, дезинтеграция чувственной культуры  и социальной системы, основанной на чувственной культуре. «Это -  кризис искусства и науки, философии и религии, права и морали, образа жизни и нравов. Это - кризис  форм социальной, политической и экономической организаций, включая формы брака и семьи. Короче говоря, это  - кризис почти всей жизни, образа мыслей и поведения, присущих западному обществу. Если быть точным, этот кризис заключается в распаде основополагающих форм западной культуры и общества последних четырех столетий» [5, с. 429]. У этого кризиса есть две стороны: 1) кризис ценностей чувственной западный культуры, 2) кризис социальных отношений западного общества. По Сорокину, определяющей является первая сторона. Дезинтеграция, распад чувственной культуры, ее основных ценностей ведет к социальной дезинтеграции западного общества. «По мере разрушения чувственной формы культуры разрушаются и все другие компоненты нашего общества и культуры» [5, с. 431].

Содержание кризиса ценностей состоит в следующих основных чертах: 1) атомизация чувственных ценностей, 2) их предельная  материализация, утрата всякой духовности, связи с божественным, абсолютным, 3) творческое бесплодие или упадок творческого потенциала, 4) релятивизация ценностей. Все это ведет к тому, что ценности чувственной культуры утрачивают свою интегрирующую культурную функцию и приобретают деструктивную функцию.  Чувственные ценности «...будут все глубже погружаться в мерзость социокультурной клоаки, обретут не конструктивный, а прогрессирующе деструктивный характер и предстанут скорее экспонатами музея социокультурной патологии, чем вечными ценностями Царства Божия» [6, с. 880]. Итогом такой деградации чувственных ценностей станет культурная и социальная дезинтеграция общества. «Наступит царство умственной, моральной, эстетической и социальной в анархии» [6, с. 880]. Одновременно с этим произойдет и деградация личности. «Чувственная суперсистема нашей культуры будет все больше  напоминать "место культурного демпинга", наполненное беспорядочной массой элементов, лишенных единства и индивидуальности. Превратившись в такой базар, она  окажется жертвой случайных сил, делающих из нее скорее "исторический объект", нежели самоуправляемый и живой субъект» [6, с. 882].

Содержание кризиса социальных отношений состоит в следующих основных чертах: 1) распад договорных социальных связей, 2) замена этих связей  принудительными связями, диктатом грубой силы или анархией, 3) всплеск войн,  революций, политических и экономических кризисов, конфликтов, потрясений, 4) усиление социальной и культурной поляризации общества.

Кризис ценностей Сорокин подробно анализирует в следующих основных сферах духовной культуры: 1) искусстве, 2) философии, 3) науке, 4) религии, 5) этике и 6) праве. Кризис в искусстве выражается в разрушении чувственной формы искусства. «Во второй  половине XIX и в начале XX века чувственное искусство достигло стадии зрелости  и с этого момента становится бесплодным и внутренне противоречивым. Все возрастающая бессодержательность делает искусство все более стерильным и, следовательно, отвращает от него. Его все возрастающие внутренние противоречия усиливают присущий  ему дуализм и разрушают его единство, то есть самую его природу» [5, с. 448]. Конкретные выражения этого разрушения многообразны: 1)  превращение искусства в товар, предназначенный для продажи, 2) превращение искусства в средство  развлечения, удовольствия, релаксации (эстетическое потребительство), 3) десакрализация, антисоциальность, безнравственность, антирелигиозность искусства,  4)  «тенденция  ко все более поверхностному отражению и воссозданию  самого чувственного мира» [5, с. 453], 5) концентрация чувственного искусства на патологических типах людей и событиях, 6) смысловая и стилевая дезинтеграция, эклектицизм,  7) все возрастающее подчинение «качества количеству, внутреннего содержания и гения техническим средствам и приемам» [5, с. 458].

Кризис  в чувственной философии и науке, или системе истины и знания, выражается в декадентском эмпиризме. Основные проявления его в философии: 1) стирание «границ между чувственной истиной и ложью, реальностью и вымыслом, законностью и утилитарной полезностью» [5, с. 480], 2) крайний релятивизм истины («Так как эмпирическая истина относительна и изменчива у разных людей, групп и при разных обстоятельствах и в большинстве случаев представляет собой определенную идеологию, то такое положение, естественно, приводит к полному стиранию разницы между истиной и ошибкой. Создается впечатление, будто каждый наделен правом считать истинным то, что он пожелает» [5, с. 481]), 3) материалистический уклон философии, 4) отделение сужающегося эмпиризма от  социальных ценностей - религии, добра, красоты. Сорокин видит кризис чувственной философии в развитии таких течений современной западной философии, как  неокантианский агностицизм, эмпириокритицизм, логический позитивизм, прагматизм, операционализм, материализм. Критикуя материализм, Сорокин ведет речь о вульгарном, механистическом или метафизическом материализме, отождествляя его с материализмом вообще. Для Сорокина кризис классического идеализма в XX веке тождествен с кризисом всей философии чувственной западной культуры.

Кризис западной чувственной науки  выражается, по Сорокину, в следующих проявлениях: 1) отделение научного знания от нравственных, религиозных и эстетических ценностей. «Безразличие эмпирической науки к добру и красоте сделало ее аморальной и даже циничной. Она оказалась, таким образом, готовой служить любому барину, будь то Бог или мамона, любой цели, социально полезной или вредной, созидательной или разрушительной» [5, с. 484]. Наука, т.о., превратилась в средство разрушения культуры и общества в руках «современных варваров»; 2) теоретическая слабость эмпирической науки, которая выражается в неспособности эмпирической науки осмыслить сложность и многообразие современного мира. Особенно это касается гуманитарных или социальных наук; 3) бесплодность или «стерильность» чувственной науки, которая особенно ярко видна в области гуманитарных наук, но ее симптомы Сорокин видит и в естественных науках в виде снижения количества открытий и изобретений; 4) практическая неэффективность  науки в решении  проблем развития общества. «Несмотря на все находящиеся в нашем распоряжении общественные и естественные науки, мы не способны ни управлять социально-культурными процессами, ни избегать исторических катастроф» [5, с. 487]. По поводу отмеченных Сорокиным  проявлений кризиса чувственной западной науки мы должны отметить, что, во-первых, его первый аргумент о губительном могуществе науки противоречит остальным аргументам о стерильности и слабости науки. Утверждения о стерильности и бесплодности науки XX века противоречат фактам. Во-вторых, сущность кризиса науки, выраженная в ее дегуманизации, заключена не в порочности эмпирических и материалистических основ науки, а в дегуманистическом характере современного капитализма, находящегося в стадии перманентного кризиса.

Сущность кризиса  современной западной чувственной этики и права заключается, по Сорокину, «...в постепенной девальвации этических и правовых норм» [5, с. 500].  Эта девальвация ведет к трем основным негативным процессам. Во-первых,  этические и правовые ценности и нормы превращаются из абсолютных ценностей в средство маскировки  эгоистических, материальных интересов отдельных личностей и социальных групп.  «Постепенно их начинают интерпретировать как  дымовую завесу, скрывающую  прозаические интересы, эгоистичные желания и особенно страсть к материальным ценностям» [5, с. 500]. Во-вторых, нравственные и правовые ценности используются властной элитой  для порабощения и обмана эксплуатируемых социальных групп.  «Они ... деградировали и снизились до статуса средства, используемого умными плутократами для  одурачивания эксплуатируемых простаков» [5, с. 500]. Все отмеченные Сорокиным проявления кризиса нравственности и права отнюдь не появились в XX веке.  Двойственность системы морали и права, использование их как средства порабощения угнетенных классов, диктат силы - все это постоянные и вечные признаки любого классового общества, а вовсе не  симптомы кризиса  чувственной этики и права.

Кризис в политической сфере, по мнению Сорокина, выразится в отчуждении власти от интересов общества, ужесточении и дегуманизации власти, ее политической неустойчивости. «Дряхлые, бесчеловечные и тиранические правительства вместо хлеба будут давать народам бомбы, вместо свободы - нести смерть, вместо  закона - насилие, вместо созидания - разрушение. Их нахождение у власти будет, как  правило, краткосрочным и неустойчивым» [5, с. 500]. Кризис свободы  состоит в ликвидации основных гражданских и политических свобод, в превращении их в пустой миф или видимость. Действительными правами и свободами будет пользоваться только господствующее меньшинство, а для подчиненного большинства свободы станут лишь ширмой или маскировкой насилия господствующих классов.

Экономический кризис Сорокин  описывает наиболее поверхностно. Он не исследует ни сущности, ни проявлений кризиса производственных отношений и экономической системы современного капитализма, а ограничивается общим замечанием о спаде экономического производства в период кризиса. «В условиях растущей моральной, умственной и социальной анархии и деградации  творческие способности чувственной ментальности, а также производство материальных ценностей  будут убывать; участятся депрессии, материальный уровень жизни снизится» [6, с. 883]. Это замечание Сорокина совершенно противоречит реальным фактам гигантского роста экономики XX века.

Своеобразным интегральным выражением кризиса ценностей и кризиса социальных отношений у Сорокина выступает кризис личности. Этот кризис имеет также две стороны: 1) кризис научно-философского представления о личности или о человеке (ценностная сторона), 2) кризис личностного сознания и поведения. Кризис сознания и поведения личности, во многом производный от кризиса современной западной культурной ментальности, и в частности от вульгарно-материалистического искажения, принижения сущности человека, выражается в дезинтеграции чувственного сознания личности и в дезинтеграции поведения личности.  «Все это благоприятствует взрыву стихийных сил  в человеке и приводит его к тому, что он начинает относиться  к своим собратьям,  к каждому в отдельности или ко всем вместе, как к материальным атомам, комбинациям электронов и протонов, или как к чисто биологическому организму... Ореол святости низвергнут с человека и его ценностей; людские отношения и социально-культурная жизнь деградировали до уровня жестокой борьбы» [5, с. 484]. Одним словом, происходит духовная деградация  личности. а поведение личности деградирует до уровня биологической борьбы за существование. «В обществе, которое раздираемо такими противоречивыми тенденциями, духовно-нравственными коллизиями, сложно сформировать гармоничную, духовно и физически развитую личность, так как общество потеряло свои идеалы, образцы и ориентиры. Происходит резкое падение патриотизма как следствие кризиса, поразившего общество. Материальные ценности становятся более важными, чем духовные, а принцип обогащения приоритетным» [1].

Дезинтегрированной, опущенной до уровня животного личности Сорокин противопоставляет альтернативный идеал  духовной, интегрированной на основе идеационной, или идеалистической, ментальности личности.  «Самая насущная потребность нашего времени - это человек, способный  контролировать себя и свои желания, с сочувствием относящийся к своим ближним, понимающий и ищущий вечные ценности культуры и общества, глубоко осознающий  свою личную ответственность в мире» [6, с. 794].

Обрисованный нашим мыслителем глобальный кризис чувственной культуры  сочетает в себе два противоположно направленных процесса: 1) дезинтеграцию  чувственной культуры и основанного на ней общества, 2) рождение новой идеациональной культуры и новой идеациональной социокультурной  интеграции.  Главная тенденция XX века, по Сорокину: «a) нарастающий упадок чувственной культуры, общества, человека и b) появление и постепенный рост первых компонентов нового (идеационального или идеалистического)  социокультурного строя» [6, с. 885]. Действие этих двух тенденций Сорокин описывает как глобальную борьбу старой умирающей чувственной культуры и рождающейся новой культуры. «Борьба между силами когда-то бывшего творческим, но теперь уже  почти истощившегося чувственного порядка и только еще  зарождающимися  творческими силами нового - идеационального, или идеалистического - порядка непрерывно  происходит во всех сферах общественной и культурной жизни» [6, с. 886-887].

Оценивая в целом сорокинский анализ кризиса западной культуры, мы должны указать на ряд слабых мест этого анализа. Во-первых, по сути, это не научный анализ, а пророческое обличение дегуманизации западной цивилизации с позиций абстрактного гуманизма. Только кто поставил Сорокина судьей? Кто возвел его в пророки? И совместимо ли пророческое обличение с научным познанием? Во-вторых, это не исследование объективных закономерностей и причин происхождения и развития кризиса, а взгляд идеационального интегралиста на сумерки дезинтеграции чувственной культуры. Сорокин констатирует, что чувственная культура Запада пришла в упадок. Почему? - этот вопрос остается без ответа. Нельзя считать  удовлетворительным ответом  абстрактную ссылку на синусоиду  социокультурных флуктуаций.  В-третьих,  вместо научного анализа путей выхода западной культуры из кризиса  мы видим упование на  ту же синусоиду флуктуаций, дополненную  не менее абстрактным и полуутопическим описанием стадий кризиса и выхода из кризиса. В-четвертых, вместо изучения причин кризиса западной цивилизации Сорокин дает описание его внешних проявлений, причем не исследует взаимобусловливающие связи этих внешних проявлений друг с другом. В-пятых, констатировав на зыбких основаниях абстрактного гуманизма и спекулятивно-идеалистической  философии истории факт дезинтеграции  западной культуры, наш самоназванный пророк поднимает знамя новой идеациональной гуманистической  интеграции западной культуры. В данной ипостаси он уже открыто выступает не как ученый, а как проповедник нового гуманизма, хотя субъективно он ощущает себя именно ученым и представляет себя как объективного и бесстрастного ученого. Вся беда, или ахиллесова пята, сорокинского гуманизма заключается в социальной абстрактности его гуманизма, в несостоятельности подведенной под него спекулятивно-идеалистической философии истории. Поэтому-то наш порок никем не был понят и услышан. Кого могут заинтересовать абстрактные обличения и пророчества, заменяющие научный анализ действительного кризиса современной западной цивилизации?

«Позитивные изменения кризисного западного общества не могут быть осуществлены грубым внешним принуждением, даже если оно применяется праведным меньшинством к нежелающему грешному большинству. Такие революции и войны, по существу, выражают наименее творческие и наиболее деструктивные силы бессознательного и биологического бессознательного, освобожденного от контроля сознания и сверхсознания. Ненависть, насилие и кровопролитие почти неизменно порождают ответные реакции ненависти насилия и кровопролития» [7, с. 231].

«Остается только путь мирной альтруистической революции. Эта революция должна осуществиться двумя путями: 1) путем личного нравственного самосовершенствования, 2) путем альтруистического преобразования современных социокультурных институтов и организаций. План Сорокина, предлагаемый как путь спасения человечества из современного кризиса, является крайне абстрактным и утопичным. Это, скорее, даже не план, а наивный призыв к испорченному обществу и испорченной личности: станьте лучше, а то погибнете! Возможно ли реализовать этот план? Полной убежденности в этом у П. Сорокина нет!» [4, с. 209]. Сорокин бичует пороки западного общества и описывает позитивную альтернативу, но не может обосновать реальных путей альтруистической трансформации, не может убедительно обосновать, как перейти от существующего несовершенного, гибнущего общества к новому совершенному. Поэтому-то вся справедливая и местами весьма эмоциональная критика западного общества и культуры П. Сорокиным и красочные описания социального идеала будущего общества провисают в воздухе, остаются пустыми абстракциями.

Рецензенты:

Бардаков А.И., д.филос.н., профессор, профессор кафедры философии и социологии, ФГБОУ ВПО «Российская академия народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ», г. Волгоград.

Данакари Р.А., д.филос.н., профессор, профессор кафедры философии и социологии, ФГБОУ ВПО «Российская академия народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ», г. Волгоград.


Библиографическая ссылка

Поломошнов П.А. ЛИЧНОСТЬ И КРИЗИС КУЛЬТУРЫ В СОЦИАЛЬНОЙ ФИЛОСОФИИ П. СОРОКИНА // Современные проблемы науки и образования. – 2014. – № 5.;
URL: http://www.science-education.ru/ru/article/view?id=14853 (дата обращения: 27.06.2019).

Предлагаем вашему вниманию журналы, издающиеся в издательстве «Академия Естествознания»
(Высокий импакт-фактор РИНЦ, тематика журналов охватывает все научные направления)

«Фундаментальные исследования» список ВАК ИФ РИНЦ = 1.252