Население Российской Федерации, занятое на производствах, где условия труда не соответствуют санитарно-гигиеническим нормам, подвержено сочетанному влиянию неблагоприятных факторов производственной среды и трудового процесса [1, 3]. Организм работников не способен компенсировать все функциональные расстройства, связанные с перенапряжением отдельных органов и систем. По исследованиям ученых-гигиенистов, состояние здоровья рабочих усугубляется фактором недостаточности лечебно-профилактического питания (ЛПП), например, дефицит поступления или даже полное отсутствие витаминов, выполняющих антиоксидантную функцию, участвующих в биотрансформации ксенобиотиков и препятствующих появлению свободных радикалов в клетках и тканях [3, 4]. Исходя из разнообразия вредных примесей, составляющих химический фактор, разработаны пять основных рационов ЛПП, включающих в себя нормативы потребления определенных витаминов и макронутриентов. Однако одного нормирования содержания витаминов в рационах недостаточно, так как необходимо еще учитывать факторы усвоения их организмом рабочего, а также концентрацию витаминов в плазме крови, позволяющую судить о включении их в биохимические реакции и физиологические процессы в органах и системах органов [5, 6]. Оценка экскреции водорастворимых витаминов почками также свидетельствует об уровне обеспеченности витаминами организма.

Цель исследования – оценка содержания в крови и моче витаминов у работников, занятых на вредных производствах и не получавших лечебно-профилактическое питание.

Материал и методы исследования

В качестве объекта с вредными условиями труда выбрано предприятие, обслуживающее ТЭЦ г. Самары. Всего обследовано 49 рабочих. Все работники дали письменное согласие на проведение исследования крови и мочи. Критериями включения в исследуемую группу являлись отсутствие заболеваний желудочно-кишечного тракта и назначения лечебно-диетического питания, а также отсутствие применения лечебно-профилактического питания на производстве и добавления в рацион биологически активных веществ и витаминных препаратов.

Определяли содержание витаминов A и E, β-каротина в плазме крови с помощью высокоэффективной жидкостной хроматографии. Витамины B12, B9 и D3 исследовали иммуноферментным методом. Витамин B6 определяли микробиологическим способом. Обеспеченность организма витамином C оценивали по его величине концентрации в моче.

Параллельно с определением витаминов в плазме крови исследовали содержание биохимических показателей (мочевина, мочевая кислота, общий холестерин (ОХС), липопротеины низкой плотности (ЛПНП), триглицериды (ТГ), общий кальций и фосфор).

Статистическую обработку данных осуществляли с использованием пакета статистических программ Statistica 6.1 и Microsoft Excel 2010. Вариационные ряды данных группировали по половому признаку с последующим расчетом средней величины (M) и ошибки средней (m). Корреляционную зависимость выявляли по критерию ранговой корреляции Спирмена (r). Достоверными различия между показателями признавали при принятом уровне значимости p < 0,05.

Результаты и их обсуждение

На всех работников действовали неблагоприятные факторы производственной среды и трудового процесса. Основными негативными факторами являлись химический фактор (оксид марганца, оксид хрома, соединения никеля, меди, цинка, ванадия и других металлов, а также оксиды азота, оксид углерода, озон, фторид водорода), неблагоприятный микроклимат, электромагнитное излучение и напряженность трудового процесса.

Результаты исследования витаминов в плазме крови представлены в таблице. У 45 работников наблюдалось соответствие концентраций витаминов в плазме крови рекомендуемым нормативам за исключением витамина D3 (холекальциферола). Наблюдаемый дефицит витамина D3 связан, прежде всего, с недостатком потребления 37 обследованными таких продуктов, как печень, рыба и рыбопродукты, яйца. Поскольку обследование проведено в зимний период, то сниженная концентрация витамина D3 в плазме крови объясняется сезонными колебаниями инсоляции.

Проводя корреляционный анализ, мы выявили положительную зависимость между концентрацией витамина D3 и содержанием кальция (r = 0,21 при p < 0,05), и отрицательную – между концентрацией витамина D3 и содержанием фосфора (r = –0,14 при p < 0,05). Известно, что фосфорно-кальциевый обмен без витамина D происходит очень медленно. Формирование гидроксиапатитов кальция при участии холекальциферола позволяет снизить риск развития остеопороза, что является актуальным для рабочих предпенсионного и пенсионного возраста. Мы выявили регрессионную зависимость (рис. 1), позволяющую определить ориентировочную концентрацию витамина D3 в плазме крови.

Концентрации витаминов в плазме крови у обследованной группы рабочих

Рис. 1. Регрессионная зависимость содержания витамина D3 от концентрации общего кальция в плазме крови

Анализируя содержание витамина C в моче и содержание продуктов белкового обмена (мочевины и мочевой кислоты) в плазме крови, мы выявили прямую зависимость между содержанием витамина C в моче и концентрации мочевой кислоты в плазме крови, обратную – между содержанием витамина C и концентрации мочевины (рис. 2 и 3). Этот процесс объясняется сниженным функционированием мочевыделительной системы или наличием возможной патологии почек и белкового обмена. Малое поступление витамина C в организм человека может быть обусловлено неправильной кулинарной обработкой продуктов питания: чрезмерное термическое воздействие, длительное хранение продуктов с нарушением температурного режима. Нашим исследованием не подтвердилась корреляционная зависимость между суточным поступлением витамина C с пищей и его содержанием в моче (r = 0,08 при p < 0,05). На рисунке 4 мы видим, что витамин C отсутствовал в продуктах питания у лиц, у которых содержание витамина C в моче равно нулю. Также гиповитаминоз витамина C наблюдается у рабочих, у которых суточное потребление витамина C находилось в пределах доверительных границ до нормативной величины 90 мг/сут. Вероятная патология мочевыделительной системы наблюдается у исследуемых лиц с высоким содержанием витамина C в моче при одновременном сниженном поступлении его в организм с продуктами питания.

Рис. 2. Регрессионная зависимость содержания витамина C в моче (экскреции) от концентрации мочевой кислоты в плазме крови

Рис. 3. Регрессионная зависимость содержания витамина C в моче (экскреции) от концентрации мочевины в плазме крови

Рис. 4. Регрессионная зависимость содержания витамина C в моче (экскреции) от его суточного поступления в организм с продуктами питания

Содержание в крови остальных витаминов у обследованных лиц находилось в пределах нормативных величин. При этом в отличие от витамина A концентрация β-каротина в плазме крови у 24 обследованных лиц была снижена относительно нормы в 2,3 раза, у 14 обследованных – в 4 раза, а у 11 обследованных – в 10 раз. Витамином E обеспечен 41 работник. По концентрации витамина E и уровню содержания общего холестерина наблюдалась положительная корреляционная связь (r = 0,589 при p < 0,001). Также сильная связь подтвердилась и по триглицеридам (r = 0,496 при p < 0,001), и по липопротеинам низкой плотности (r = 0,425 при р < 0,001). Это связано с участием липидов в процессе метаболизма витамина E. Содержание витаминов B6, B9 и B12 в плазме крови соответствовало границам нормативных величин у большинства обследованных.

Заключение

Таким образом, адекватная обеспеченность всеми шестью витаминами была только у 3 рабочих. Наибольший дефицит наблюдался по витаминам D3 и C, а также β-каротину. Сочетанный недостаток двух витаминов имели 19 обследованных, трех – 11 обследованных, четырех – 8 обследованных. Выявленные корреляционные связи подтвердили важность участия витаминов в биохимических реакциях и физиологических процессах. В качестве практических рекомендаций нужно выделить лечебно-профилактическое питание, самостоятельную коррекцию суточного рациона с участием врача-диетолога, плановую диспансеризацию и санаторно-курортное лечение.